Дочь губернатора

Категория: В попку

Княгиня Ольга находилась в гнусном настроении. Ее отец, губернатор орловской области, решил выдать ее замуж. Ну что ж, 16 лет, наверняка уже пора, но Ольга, естественно, сначала закатила истерику, потом пробовала не говорить с мамой, а позже ей стало уже все равно, ведь предки не направили мельчайшего внимания на ее протесты. И сейчас ей приходилось испытывать все тяготы переезда из Сокола в некий другой провинциальный город, о котором она даже не слышала до недавнешних событий. В дороге она провела уже 2 суток, оставалось ехать полдня, и как обещал кучер завтра за обедом она уже могла испытать тех яств. Стояла нестерпимая июльская жара, мошкара порядком надоела, но самой главной порухой была скукотища.

Ольга читала и смотрела в окно – вот и все занятия за 2 денька. Спать было нереально и как-то не хотелось. На одной из остановок она посетовала собственной гувернантке – фройлен М. — на скуку, но та была также порядком раздражена дорогой и пригрозила повторением французских глаголов, если Ольга не закончит ей раздражать.

Ольга глупо смотрела в окно на проплывающее медлительно поле и с досадой задумывалась о гувернантке. Логично, что эта 30-ти летняя дама еще не замужем, невзирая на идеальную немецкую фигуру и очень прекрасное лицо. Наверняка такую прохладную и строгую даму мужчины обходят стороной…

Ольга вспомнила о собственном женихе. Отец обрисовал его как 40 летнего мужчину очень недурственной наружности. Ей было с равно, ведь она понимала, что раз он не отыскал в свои 40 либо сколько там, для себя жену сам, то это вероятнее всего скучнейший тип в духе ее отца – не напрасно он ему приглянулся.

Стало темнеть, заходящее солнце потихоньку скрывали деревья густого леса, в который они въехали уже порядка часа вспять. Ольгу стало клонить в сон и она задремала…

Она резко вскочила с неловкого древесного сидения от звучного хлопка. Может быть приснилось? Нет, секунду спустя со всех боков стали слышны клики и такие же хлопки – выстрелы, как сообразила Ольга. Она высунулась в окно и застыла – карета с охраной, ехавшая впереди ее стала валиться набок, и свалилась совершенно. Ее карета мгновенно тормознула, послышался выстрел и кучер свалился на землю. Она поторопилась спрятаться назад в карету. О боже, что все-таки происходит? Что случилось?

Клики стали приближаться и в окне кареты появились два грубых мужских лица. Какой-то из них звучно позвал кого-либо, и они открыли дверь и схватили Ольгу за рукав платьица. Мужчина, державший рукав, без усилий выволок ее из кареты и скрутил руки а спиной так, что она не могла пошевелиться. Он грубо толкнул ее вперед, приказывая идти. В голове Ольги помутилось и она повиновалась приказу. Отойдя пару шажков от кареты они тормознули и мужчина, державший ее стал оживленно говорить с кем-то из все нарастающей вокруг их толпы. Ольга осмотрелась.

вокруг свалки бывших карет толпилось порядка 20 мужчин. Они выволокли мертвые тела сторожей, и сложили их горой недалеко от кареты, а сами, тем временем, грузили какое-то барахло, чемоданы и ее приданое. Справа послышались клики и брань фройлен М. Ольга обернулась и увидела как двое мужчин связали ее, надели на голову мешок, перекинули недвижное тело через седло. Один из числа тех, кто связывал фройлен запрыгнул на лошадка и поскакал.

Ольга ощутила, что ее руки отпустили, она попробовала вырваться, но кто-то ловко ухватил ее опять и стал связывать руки за спиной, болезненно выворачивая их. Она заорала, но никто не направил внимания. Окончив с руками, ей связали ноги, надели мешок на голову, завязали его у груди, и ее тело кинули на тележку.

Ольга не могла пошевелиться и стала глупо ожидать. Кое-где через полчаса, судя по звукам, погрузка барахла завершилась, клики стихли и она начала различать звуки удаляющихся телег. Скоро ее тележка также тронулась.

Неудобства переезда в карете показались ей ничем, по сопоставлению с таким манером езды, трава колола ее в бок, пот заливался в глаза, к тому же несколько мужских голосов, хозяева которых посиживали на той же тележке, извергали такие ругательства, обсуждая добычу, что побагровел бы и тот орловский трактирщик, который был выпорот ее папой конкретно за брань.

Для чего они взяли меня и фройлен? Почему не уничтожили на месте? Наверное им не достаточно украденного приданого и они желают получить у отца выкуп за меня.

Ольга не знала сколько они ехали. в конце концов путь был окончен и тележка тормознула. Ее схватили чьи-то руки и поставили на землю. Мешок сняли с головы. Тележки тормознули перед хутором из 3-х развалин. Весь двор меж ними был наводнен народом. там было человек 30 мужчин, и Ольга не рассмотрела ни одной бабы. Ее опять толкнули по направлению к наиблежайшей избе.

Когда они вошли, Ольга чуть ли не свалилась на пол. От увиденного ее ноги подкосились. В комнате стояло приблизительно 10 человек, все столпились вокруг большого дубового стола. На столе лежала фройлен….. Вся одежка сорвана и висит лохмотьями, ноги обширно раздвинуты – их держат двое верзил, меж ног действует обыденного вида мужичок и смачно кряхтит. Голова запрокинута вспять и свисает с края стола. Во рту действует другой мужчина, массивно загоняя собственный член и медлительно высовывая назад. Вдруг он с неописуемой силой вгоняет член ей в гортань и начинает спускать. Глаза фройлен округлились, она начала извиваться, за что получила неописуемой силы шлепок по ягодице.

Кончив, он вынул член изо рта и начал размазывать свои выделения ей по лицу. Как у гувернантки освободился рот, она дико завопила, время от времени выкрикивая проклятия. Ольга стояла и просто смотрела на эту картину, она не могла пошевелиться, да и никто не заставлял ее идти далее. Мужчина, орудовавший у фройлен меж ног токже кончил и отошел, на его место сразу встал последующий. Насилуемая гувернантка уже не орала, она умоляла закончить, но никто, ясное дело, ее не слушал. В ее кликах читалась адская боль.

Мужчина, стоявший сзади Ольги, разумеется решил, что она насмотрелась вволю, схватил ее и потащил к столу. Там был поставлен широкий выкорчеванный пень. Ольга начала малость соображать. Он сделают со мной то же самое! О боже, лучше бы они меня уничтожили! Где же отец, почему он меня не выручит?

Ольга заорала во весь глас, когда ей до отказа выкрутили руки и стали срезать корсет. Державший ее сзади наклонился к ней и на ухо прошипел: — Ну что, барская дочка, так за тобой еще не ухаживали? Кричи сколько влезет – тебя никто не слышит! И засмеялся.

Кошмар пробрал Ольгу до костей. Насильники совладали с корсетом и стали гневно рвать платьице, штаны и скоро она осталась совершенно без одежки. Ее схватили и положили животиком на достаточно высочайший пень так, что животик был стопроцентно на пне, а попа и груди свисали. Она стала извиваться, но это не посодействовало – ноги не доставали до земли, но своими рывками она принесла неудобство пытавшимся закрепить ее тело. Мужчины вокруг стали звучно браниться, но какой-то из них сообразил. Он сел на Ольгу в районе поясницы. У нее потемнело в очах. Казалось что ее на данный момент раздавит вес сидевшего, не считая того она не могла пошевелиться и на сантиметр. Тем временем сидевший на ней изловил ее руки и скрутил из за спиной.

Она ощутила, как ноги развели пошире. Что-то жесткое и горячее стало возить по ее киске. Все – поразмыслила она – на данный момент начнется, будет дико больно! хоть бы я растеряла сознание от боли!

В ее промежность начал щемиться член насильника. Ольга завыла – было непереносимо больно, а этот зверек заходил очень медлительно. В конце концов член уперся и насильник тормознул. Она не успела и поразмыслить о том, что боль на секунду кончилась, как тот наисильнейшим толчком загнал собственный кол до самой матки. Ольга выла так, будто бы ее поджаривали заживо. Насильник же стопроцентно вынул из нее член и снова резчайшим тычком загнал его до отказа.

Вход во влагалище болел, стены саднили от грубого воззвания, ее тело покрылось позже, по ноге стекала струйка крови, сама Ольга не могла уже орать, глас ее охрип до неузнаваемости,… а мужчина сзади все продолжал долбить ее матку. Эй казалось что все продолжается вечность, что это никогда не кончится. Каждый толчок выбивал воздух у нее из легких, она задыхалась от большого веса сидевшего на ней мужчины. Прошел ли год, час либо только 15 минут Ольга не знала, но вдруг член в ней набух и насильник вынул его. Она ощутила как на ягодицы будто бы из фонтана лупит жидкость.

Влагалище было будто бы раскалено трением. Стены саднили так, что Ольга теряла сознание. В чувство ее привел 2-ой член вошедший в нее. Здесь она поняла, что пока все мужчины не сделают то, что желают ее мучения не закончятся. Снова началась одичавшая пытка. Только сейчас ее растертое влагалище еще болезненнее принимало толчки. Сидевшей на ней сверху мял, теребил и щипал ее болтающиеся груди. Помутившийся взгляд Ольги поймал большой член перед ее лицом. Рука зажала ей нос, и она попробовала ухватить хоть малость воздуха ртом.

Но мужчина показал сноровку и засунул член ей в рот до того как она успела сообразить что происходит. Не медля тот схватил ее за волосы, обмотал их вокруг кулака, приподнял ее голову и начал мерно вгонять член ей в рот все поглубже и поглубже. Член уже заходил в ее гортань, мошонка насильника билась по ее подбородку, а рот был очень растянут из-за толщины члена. Массивные удары 2х членов чуть не сплющивали Ольгу. Губки покрылись некий слизью самую малость ослабляя трение, но растяжение рта оставалось нестерпимым.

Снова все это длилось очень и очень длительно. Они долбили ее с животной яростью, а она только ощущала болезненное вмешательство. Слезы катились по щекам, а с ягодиц стекала слизь первого насильника. С течением времени кончил мужчина сзади и сейчас слизь залила ее внутренности, потом извергся и член во рту. Практически вся жидкость – сперма вперемешку со слюной – вылилась по ее подбородку но пол. Освободившиеся места заняли последующие и также неумолимо насиловали ее опять и опять. Или от слизи у нее во влагалище ослабилось трение, или она привыкла к страшенной боли, но она стала ощущать себя малость лучше.

Ей казалось что уже стопервый кончил ей на лицо и стал долбить влажным членом по нему. Мужчина встал с нее и она втянула воздух всем телом. Уфффффф, может быть уже все? Наконец все сделали свое дело? Ее оставили лежать так, но Ольга не могла встать, она практически не ощущала ног и могла только лежать и хватать ртом воздух. Понемногу она начала оглядываться по сторонам. На дубовом столе насилие над фройлен не закончилось, но она уже не визжала, а ее тело только вздрагивало от ударов. Все ее тело было залито белоснежной слизью, она густо покрывала лицо, волосы и глаза.

Ольга поразмыслила, что сама смотрится не лучше, и чувство унижения пришло к ней. Она заплакала во весь глас, захлебываясь слезами и спермой у нее во рту.

Воздух прорезал высочайший громчайший дамский вопль. Так орут четвертуемые правонарушители – поразмыслила Ольга и обернулась. Гувернантка лежала уже животиком на столе, руки ее были скручены за спиной, а сзади действовал мужчина с блаженным лицом. По бедру дамы текла струйка крови, а сама она зубами схватилась за край стола и извивалась изо всех сил.

Что случилось? Почему она так кричит? Ольге не дали поразмыслить, ее подняли и переложили спиной на стол рядом с ее гувернанткой. Насилие возобновилось. Сейчас Ольга лежала спиной на столе, ее ноги были запрокинуты к голове, и там действовал новый насильник. Мужчина подошел к ее голове и развернул ее, положив плашмя на стол. Сильной рукою он прижал голову и ввел член ей в рот. Он стал трахать ее глубоко в гортань, на короткий срок задерживаясь в самом конце пути.

Позже он начал тереть членом по ее небу, потом по щеке изнутри, а позже снова начал мерные движения, но сейчас член его долбился в ее щеку, с каждым ударом малость приподнимая ее голову от стола. Ольге было слышно неприятное чавканье заполнявшей ее слизи при каждом толчке насильника, щека растягивалась до отказа, и каждый толчок в щеку был болезненнее предшествующего. Мужчины опять стали кончать и изменяться местами. Опять прошла целая вечность. Ее ноги то до упора разводили в стороны, то закидывали ей к голове, то сгибали в коленях, и их повсевременно держали.

Спустя большой просвет времени ее перевернули на животик, и Ольга оказалась в прежней позе. Сзади в нее вошел огромный член, но не на всю длину, а только головкой. Потом член вышел и влажная головка прислонилась к ее попе. О БОЖЕ!!! НЕТ!!!! Я НЕ ПЕРЕЖИВУ ЭТОГО – Я УМРУ ОТ Таковой БОЛИ!!!! Не нужно, ПОЖАЛУЙСТА, НУ ПОЖАЛУЙСТА, Я ВАС УМОЛЯЮ НЕТ!!!!!! ВАМ ЧТО Не достаточно? Не достаточно ВАМ??? НЕЕЕЕЕЕЕТ!!!!

Как обычно ее никто не послушал.

Обычным сильным ударом член вошел в ее попу. Ольга закатила глаза и сжала зубы так, что чуть ли не раскрошила! О таковой боли она даже не подозревала! Все, что ранее эти грубые животные делали с ней, показалось нежными ласками. Разумеется отверстие порвалось, потому что она ощутила струйку крови , стекавшую по бедру. Каждый удар был намного болезненнее предшествующего, и, через пару минут она растеряла сознание.

Очнулась Ольга от пощечины. Она полусидела — полустояла в бочке. Мужчина увидел, что она пришла в чувства и произнес:

— Да, авторитетная добыча. Забавно мы развлекаемся. А эта немка-то сначала очень отбивалась. Пришлось ее проучить малеха. Мы ее положили в сарае и запихнули ей в жопу огурец. Соленый! Руки-то связали, чтобы не вынула и ушли. За 100 метров слышно как она кричит. Жопа-то порвана у нее не то что у тебя – чуть не до самой спины! Хех, а она ведь Ваське чуток хуй не откусила, сука. Поделом ей.

Ольга вспомнила все действия и заревела. Бедная фройлен М. Такового и противнику не пожелаешь! Неуж-то и со мной также поступят?

Мужчина за разговором начал поливать ее из ведра прохладной водой, смывая слизь и кровь. Он по-хозяйски раздвигал ей ноги и вымывал все из ее растерзанных дырок. Она потрогала попу и вскрикнула. Отверстие было размером с гигантскую сливу и саднило, при этом рваный шов все еще кровоточил.

Мытье завершилось и трясущуюся от холода Ольгу завернули в какую-то тряпку, отдали приказ вытереться и опять повели в тот злополучный дом. Проходя мимо сарая, она услышала плач и клики собственной гувернантки. Неуж-то она сошла с разума?

Ольгу привели и снова подвели к столу, отмытому от следов насилия. На стол лег мужчина, Ольге же отдали приказ ложиться сверху. Она сначала поразмыслила о сопротивлении, но вспомнила об участи фройлен, и повиновалась.

Ее положили в подходящую позу – животиком на животик мужчины, и тот сразу прочно обнял ее за талию так, что она опять не могла пошевелиться. Здесь же он вошел в нее и начал вгонять уже обычными для Ольги движениями член в ее влагалище. Только сейчас боль натертых стен возвратилась, при этом троекратно. В ее попу протиснулся член и начал там ходить. Ольге было уже все равно, с болью она смирилась и стала ожидать когда с ней окончат и в конце концов отпустят. Ее много раз переворачивали, насиловали во все отверстия сходу, по очереди, засовывали по 2 члена в одну дырку и разорвали влагалище.

Ольга испытала все доступные человеку виды унижения и боли. Она была растоптана, унижена и растеряла всякое желание жить. Удовлетворенный хохот насильников звучал у нее в ушах, тело вздрагивало от ударов, кожа горела от смачных шлепков ладонями. Не только лишь она сама, ее тело, да и вся ее жизнь была покалечена. Насильники напились водки и приволокли фройлен, стали над ней издеваться, пытать и просто лупить. Насилуемая Ольга могла только следить.

Когда все кончилось, она как в тумане подобрала ножик и вставила его для себя в сердечко, окончив свою покалеченную жизнь.

Ее отец был очень ожесточенным человеком. Он увеличивал налоги каждый год, наказывал телесными наказаниями за любые оплошки обычный люд и т.д.. Фермеры обязаны были уходить в леса и заниматься разбоем, чтоб добыть для себя пищу. Недовольство росло, и обыкновенные мужчины, не имевшие способности добраться до самого губернатора отыгрались на его семье.