Кукла 2

Категория: Экзекуция

Я был на верху блаженства, стоя перед ней на коленях, уткнувшись носом в трусики, вероломно становящиеся мокроватыми, вдыхал ее запах. Руки мои гладили ее ноги, она стонала все громче, прижимая мою голову к для себя все посильнее, и здесь опять заиграла музыка ее телефона.

Она закончила стонать, тело ее потеряло упругость, немного оттолкнув меня, вобщем, не убирая ноги с моей спины, взяла трубку со столика.

— Да. Да. Понимаю. А нельзя. Когда? Хорошо, я на данный момент.

Это опять мать звала ее попрощаться, с уезжающими сейчас друзьями.

— Никуда не уходи. Ожидай меня. А пока можешь поиграть с куколкой. v шутливо окончила она, и медлительно вышла, в двери обернувшись ко мне, все еще стоящему перед креслом на коленях.

Я подошел к куколке. Потрогал ее уже смелее. Из латекса! Упругая, как кожа девицы, чуток мягенькая под пальцами, куколка до безумия походила на оригинал. Я зашел со спины, провел по ней рукою сверху вниз, задержавшись на попке. Я уже знал, что на ней не было трусиков под легкой композицией и мне страшно захотелось поглядеть подробности. Я поднял подол платьица, загнул нижнее белье и увидел прелестную попу, телесного цвета. Рефлекторно нажал на шейку, и вдруг куколка согнулась в пояснице, упершись в меня задом. При всем этом немного приоткрылось заднепроходное отверстие, и так прекрасно, что дрожь прошла по телу и мой, издавна уже стоящий член, просто гудел от желания. Все другое вышло кроме моей воли. Он выскочил наружу и просто вонзился туда. Вопреки ожиданиям, снутри оказалась мягенькая смазка и легкая теснота, так что мои движения были неземным блаженством. Я заходил все поглубже и поглубже с каждым разом, и был уже на грани оргазма, как вдруг снутри куколки раздался щелчок, и что-то плотно сжало член, не позволяя ему выйти наружу. Я оказался в плену куколки. Попытка поднять ее была неудачной v куколка прикреплена к полу!

Несколько минут я безрезультативно пробовал выйти из нее, как дверь за моей спиной открылась, и кто-то вошел в комнату! Я готов был провалиться через землю, чуть ли не рыдал от обиды и горя, но то, что увидел, обернувшись, повергло меня в ступор! От двери, ко мне шла Ольгина мать! Она улыбалась прелестной ухмылкой, будто бы застала не меня, трахающим куколку — копию дочери, а встретила старенького, хорошего друга.

— Я издавна наблюдаю за тобой. У нас всюду камеры наблюдения. Мне понравилось все, что ты здесь вытворял, милый мальчишка. Милый, но заслуживший наказание. Ты согласен со мной? Она поднесла к моему лицу руку, протягивая ее для поцелуя. Я же, так и стоял с зажатым, куколкой членом, свалившимися с меня джинсами, лицом, пылающим от стыда, не способен вымолвить ни слова.

— Ну, же! Целуй!

Я коснулся руки губками. Она повернула ее ладошкой ввысь, и я опять поцеловал, сейчас уже ладонь. Ольгина мать была юный, прелестной дамой. На ней было длинноватое, практически до полу вечернее платьице, мрачно красноватого цвета. Нельзя сказать, что у нее была спортивная фигура, но тело ее было так женственно, так приятно смотрелось, что я и ранее, направил внимание, на ее потрясающую сексуальность. Сейчас, находясь в этом необычном положении, я осознавал, что исключительно в ее власти высвободить меня до прихода Ольги. Мне не представлялось, как я окажусь перед ней в таком виде.

— Выньте меня, пожалуйста! — шепнул я, практически задыхаясь от смущения.

— Хорошо, я помогу для тебя, но придется потерпеть. Поставь ноги пошире.

Я раздвинул их, она зашла сзади, и я ощутил ее руки на собственных яйцах. Дама очень оттянула их вниз и перевязала кое-чем у основания, завязав тугой узел, позже обмотала вокруг члена и опять завязала. Концы ленты свисали до пола. Позже подошла к куколке впереди, что-то надавила, и я освободился от плена.

— Ну, что будем делать далее? Какое наказание ты хочешь получить? Я понимаю, ты, наверняка, хочешь, то же, что и Ольге. Но я-то желаю наказать тебя, а не доставить наслаждение. Потому будет по другому. Сними рубаху и встань на колени.

Я свалился на их перед ней. Сдернул рубаху, оставшись совершенно нагим, и не дожидаясь приглашения, покрыл поцелуями подол платьица.

— Обопрись руками сзади, отбрось голову.

Я сделал и она, просунула концы ленты, свисавшей с моего члена меж ног, туго натянула, и завязала у меня на шейке ошейником. Голова моя свесилась вспять, и она подставила под нее небольшой пуфик. Позже, перешагнув через меня, оказалась над моим лицом, подтянула, скользнувшее по нему длинноватое платьице, и я увидел, что на ней не было трусиков!

— Открой обширнее рот. Я буду писать, ты глотай и не пролей ни капли. Сообразил?

Я был в шоке от ее слов, но молчком ожидал собственной участи, понимая, что получаю по заслугам. То, что вышло позже, было мучительно постыдно, но умопомрачительно приятно. Я сообразил, что с радостью подчиняюсь и готов выполнить все, что отдаст приказ эта дама. Она плотно устроилась на моем, обширно открытом, рту. Поначалу медлительно, позже, набирая силу, в меня полилась ее теплая, чуток солоноватая влага. Я глотал и глотал, а струе не было конца. В конце концов все завершилось, и я получил приказание насухо очистить влагалище. Подчинился, и она достаточно длительно услаждалась моим языком. Казалось, — собирается кончить, но вдруг привстала и развернулась, перекинув поначалу одну, а позже другую ноги, оказавшись ко мне спиной, лицом к двери. Опять присела и осталась посиживать, плотно прижавшись, делая упор руками на мою грудь, в конце концов, отпустив длинноватое обширное платьице, которое стопроцентно скрыло меня под собой. Дышать приходилось тяжело, захватывая воздух носом прямо у заднепроходного отверстия, так как рот был стопроцентно закрыт ее влагалищем, а ошейник достаточно плотно давил на гортань. Я сообразил, — она ожидает Ольгу, но не мог ничего ни сделать, ни сказать и мне стало все равно, что будет далее. Я ощущал себя рабом этой императивной дамы. Как стремительно все случилось! Еще полчаса вспять я трахал куколку, и вот уже трахают меня. Я не мог представить что будет, когда войдет Ольга и увидит меня под собственной матерью в позе стульчика.

И она пришла. Я вызнал об этом по ее тихому вскрику.

— Что, думаешь, учудил твой друг? Этот тип трахал куколку в пятую точку! Мне пришлось наказать его. Спроси, и он для тебя сам скажет. Ольга подняла подол маминого платьица, и я увидел ее смеющееся лицо. Осталось только закрыть от стыда глаза. Больше я ничего не мог.

— Смотри на меня! — строго произнесла она, — Это правда, что ты трахал мою куколку? Это, ты меня желал трахнуть? Я для тебя повелела поиграть, а ты-. доигрался.

Я тяжело сопел под ее матерью, пытаясь не задохнуться совсем, а та вдруг пукнула мне в нос, и обе они забавно рассмеялись. Мать поднялась, пропустив мою голову меж ног, и секунду мое лицо было укрыто от их сползающим к ее ногам платьицем. У меня не было сил подняться, ошейник, привязанный к члену очень давил на гордо, так что я не знал что делать, оставаясь в том же положении, с торчащим, перетянутым лентой членом, у ног одноклассницы и ее матери. Униженный и безвольный, я, возможно, представлял жалкое зрелище, и Ольга произнесла:

— Бедненький, ты мой, что все-таки мне сейчас с тобой делать?

— Что делать? — повторила мать, — то же что и ранее. Только сейчас он будет стопроцентно в твоей власти, и ты сможешь вытворять с ним все, что захочешь. Хоть подруге подари, когда надоест. Эй, малыш, расскажи Оле, что ты научился делать.

— Я …сделаю все, что ты скажешь, — слабеньким голосом промямлил я.

— Ты и так готов был все мне делать. Сейчас будешь делать, кому скажу. Я буду тебя продавать подругам и брать почасовую плату. Мать, оставь нас одних, я ему кое-что объясню.

— Прощай малыш. На сей день сеанс закончен. Завтра мы с тобой продолжим учебный процесс. Никуда не уходи, ты мне приглянулся.

Надеюсь, Ольга, с меня ты плату за использование твоей игрушкой брать не будешь?

— Что ты, мамуля, как можно! Он твой, по первому желанию! Обучи ему всему, чему захочешь. Я издавна желала иметь раба.

Она чуток приметно поддернула платьице и села мне на лицо так, чтоб созидать, как я буду лизать ее. Трусиков на ней уже не было.

— Я желаю кончить 10 раз, — произнесла она. Начинай и старайся лаского и нежно!

И я начал. Язык двигался достаточно забавно. Что-то будет через полчаса?