Сладость любви-2. Воспоминания -1

Категория: Инцест

Сладость любви-2. Мемуары -1.

Сиания пробудилась рано и взглянув на расщелину вверху пещеры увидела, что там вне пределов пещеры только начинается денек и ещё мрачно.

Вот уже 3-ий денек живут они в этой пещере нескончаемо счастливые и ненасытившиеся любовью.

Сиания вспомнила своё детство. Когда ей было 12 лет – она поставила для себя цель выйти замуж за обеспеченного и влиятельного мужчину. Но чутокём начинающегося формироваться дамского организма, она понимала, что краса и разум – это не самое главное, чтоб выполнить намеченное.

Потому по расспросам у дам и по подслушанным дискуссиям посреди парней и дам она пришла к выводу, что основным для неё на данный момент является овладение исскуством обольщения и умения вести себя в кровати.

Она длительно выбирала к кому обратиться за учёбой этому искусству, пока не приостановила собственный выбор на одной уже немолодой даме из примыкающего поселения.

Эта дама жила одна. Ни супруга, ни малышей у неё не было. Но о ней гласили, что в юности она воспользовалась огромным фуррором у парней.

И многие богатые и наделённые властью приезжали к ней, чтоб переспать с одинокой кросоткой. А время от времени её увозили в Рим к высшим мира всего, откуда она ворачивалась с щедрыми дарами.

И даже на данный момент, когда ей было уже 42 года к ней заезжали и юные и постарше богатеи.

Звали её Лукиния.

Вот и пришла двенадцатилетняя Сиания к Лукинии. Издалека начала она разговор, спрашивая о здоровье и самочувствии. Но древняя путана была отменным психологом. А поэтому оборвала её ни к чему не обязывающий разговор вопросом:

-Хочешь научиться тому искусству, в каком мне нет равных?

-Да,- покраснев, ответила Сиания.

-Ну ведь у тебя отец и мама добропорядочные люди. И будут ли они согласны на такую учёбу?

-Они добропорядочны, но бедность покладиста — произнесла Сиания и смело глядела Лукинии в глаза.

Оглядев ещё раз Сианию, и подумав, Лукиния произнесла:

-Хорошо, завтра пришли ко мне мама. Я желаю с ней побеседовать.

На последующий денек утром к Лукинии пришла мама Сиании – Долиния.

Лукиния встретила Долинию с большенными почестями и дорогими подарками.

Родившаяся в бедной семье и жившая всегда на грани бедности, Долиния опешила этой щедрости. Но Лукиния знала своё дело. Она усадила Долинию за обеспеченный стол со различными явствами. Налила ей и для себя вина. Испила. И во время поглощения пищи вела с ней чисто дамские дискуссии.

Они длительно посиживали, не подходя к главному. И когда начало темнеть и Долиния начала собираться домой, Лукиния спросила Долинию:

-Ты видишь, как я живу. Богато и без отказа для себя в чём — или. А потому прими от меня и это,- и с этими словами, она протянула Долинии женское украшение из незапятнанного золота.

-За что ты одариваешь настолько богато — опешила Долиния.

-Скажу для тебя честно. Я желаю, чтоб твоя дочь Сиания жила у меня. А я постараюсь сделать её жизнь богатой и счастливой.

-Но ведь твой стиль жизни неправедный. И я не желаю, чтоб моя дочь вела себя также- с этими словами Долиния желала возвратить золотое украшение и подарки. Но Лукиния приостановила её:

-Нет, я обещаю, что ложиться под кого попало она не будет. Но, познав исскуство, которому я её научу, она вскружит головы сильным мира этого и успешно выйдет замуж.

Долиния молчала, не зная веровать ли ей Лукинии.

-Я не была мамой. И поднялась до богатства, пройдя большой путь унижения. А твоя дочь этого пути проходить не будет. У меня есть знакомства, и я стремительно сведу Сианию с высшей знатью. И буду с этого момента считать её собственной дочерью.

Долиния помолчав, смотря в глаза Лукинии, которая тоже смотрела на неё не отводя глаз, произнесла:

-Твои глаза не лгут. Пусть будет по твоему. Видать Сиания сама избрала эту дорогу. Ведь это она позвала меня к для тебя.

-Да – это с её полного согласия.

Дамы расстались. А на утро Сиания пришла к Лукинии.

И начались долгие деньки учёбы. Как ходить, как держать осанку, как принимать еду, как одеваться и почти все другое настолько нужное обольстительнице, постигалось в изнурительных упражнениях в течение первых трёх месяцев.

А когда три месяца прошли и Лукиния убедилась, что Сиания усвоила 1-ые уроки на отлично, она произнесла:

-А сейчас Сиания я введу тебя в самую главную науку – науку любви. На данный момент ты начнёшь узнавать главные уроки обольщения парней. И если ты их освоишь, то тыщи парней будут готовы дать свои жизни за ночь с тобой.

С этими словами она попросила Сианию раздеться. И когда та стремительно разделась, Лукиния сделала замечание:

-В обольщении мужчины умение снять с себя одежку играет огромную роль. И потому необходимо снять с себя одежку таким макаром, чтоб до того как ты останешься нагой, он уже растерял рассудок, но был подчинён твоей воли.

Ещё три месяца Сиания постигала уроки поведения в кровати. Она поняла исскуство поцелуя, огромное количество поз любви и умения сокращать мускулы женской плоти и попочки.

И ещё почти все к этому прилагаемое.

Занятия проводились от мглы до мглы.

По прошествии 6 месяцев после прихода Сиании в дом Лукинии, Лукиния проведя экзамен, и удовлетворившись плодами собственного труда, произнесла:

-Ты на уникальность способный в нашем исскустве человек. И поняла всё, что я желала для тебя передать. Но знай, что эти тренировки по поддержанию тела в должном состоянии должны быть каждодневными. Ты всегда должна быть стройна, красива и готова удовлетворить мужчину, с которым собираешься вступить в любовную связь.

А на утро она оставила Сианию у себя дома, а сама отправилась в Рим.

Встретившись в Риме со своими неплохими знакомыми, она расспросила их о богатых, юных и свободных от супружеских связей парней.

Ей дали подсказку несколько парней, но в особенности просили направить внимание на 1-го из их.

Имя его Диамус. О нём гласили, что он получил наследие и в разы приумножил его. Дела его шли отлично. И никто не колебался, что с течением времени он станет самым богатым человеком в Риме.

Диамус был серьёзен. Повсевременно работал без утомились. С девицами и дамами его лицезрели изредка.

Но конкретно этот человек и нужен был Лукинии.

На последующий денек утром после расспросов Лукинии собственных знакомых, к Диамусу пришёл его давнешний знакомый и после деловых переговоров произнес:

-Диамус, с тобой желает повстречаться и переговорить одна дама. Зовут её Лукиния. Ввиду твоего девственного стиля жизни для тебя это ничего не даст. Но желаю для тебя сказать, что эта дама ногой открывает дверь ко многим влиятельным людям. И до сего времени невзирая на её никак не юный возраст многие мужчины легли бы с ней на ложе любви. Слава об её исскустве любви издавна пересекла границы нашей империи. И если ты непротив, вечерком она придёт к для тебя и просто побеседует с тобой. У неё есть к для тебя вопросы.

-Я согласен,- произнес Диамус — Вечерком после хлопот дневных, я буду ожидать её к столу для беседы.

Вечерком, когда Диамус садился за стол, ему произнесли, что к нему пришла дама. Осознав, что это Лукиния, он попросил привести её к столу. И с нетерпением стал ожидать даму, о которой он ничего не знал, но, по словам товарища, она имела власть над многими мужиками.

В ту пору Диамусу было 32 года. Он был прекрасен и довольно строен для собственного возраста.

Вошла Лукиния. Естественно одетая в самую лёгкую одежку, через которую была видна её прекрасная грудь и прекрасные, тонкие ноги.

Лицо не по годам свежее. Морщины ещё не затронули её либо она умело их упрятала, пользуясь древнеримской парфюмерией. Волосы как смоль чёрные. Пухлые, чувственные губки. И зелёные прекрасные глаза, смотревшие на данный момент на Диамуса, вызвали у него неясно приятное томление в его теле.

-Здравствуйте милый Диамус. Меня зовут Лукиния. И я пришла отведать явств с твоего стола. Ты не откажешь мне в этом — И на Диамуса в упор смотрели зелёные глаза, которые как будто проникали в самую глубину его души и взволновали его …сердечко.

-Здравствуйте милая Лукиния, я рад встречи с вами и буду счастлив, провести этот вечер с вами — ответил Диамус, чувствуя, как будто слова эти гласит не он, а кто то другой, временно занявший его тело.

Он сам лично налил ей и для себя вина в кубки вина и отдал приказ подначальным удалиться из покоев и без приказа не появляться.

Выпив с Лукинией вина до дна, чего он никогда не делал, они стали есть потрясающе приготовленную для Диамуса еду.

Он расспрашивал ее откуда она и ещё огромное количество дежурных вопросов было задано им, но ответов её он не слышал, так как сидя около него, она умело распахивала вроде бы невзначай свою одежку, чтоб он мог посмотреть на её ноги. Которые казались Диамусу безупречными. Девицы могли бы позавидовать ногам Лукинии.

И вот когда они выпили по второму кубку. Точнее Диамус опрокинул до дна 2-ой кубок, а Лукиния только пригубляла, Лукиния раскрыла одежку так, что была видна её женская плоть – её лоно любви.

Диамус ощутил крепость в своём члене и уже не справившись с собой подошёл к к Лукинии, взял её на руки и понёс на персидские ковры, 2-мя слоями, лежавшими на полу. А неся он целовал её в губки, от чего его член приобрёл размеры данные природой и силу, разорвавшую бы всякую преграду.

Он уложил её на ковры и сам стал лихорадочно снимать с себя одежку. А Лукиния просто сбросила с себя всё и лежала нагой в ожидании входа в неё наинтереснейшего предмета.

Раздевшись до гола, Диамус лёг рядом с ногами Лукинии и стал целовать их. Руками он голубил её попку и поглаживал лоно.

Поднимаясь от ног к лону он раздвинул пошире её ноги и губками припал к её началу. Скупо целуя её в источник наслаждения и высунув язык, он руками раскрыл её писю пошире и стал языком вылизывать уже накопившуюся от возбуждения жидкость.

-Ох, ох, ох – начала вздохи Лукиния гладя его по щекам и шейке. И когда она готова была истошно закричать от неизбежного взрыва её плоти, Диамус ловко привстал и ввёл в неё свою взорвавшуюся дубину и в безумстве двигал в пизде членом, а руками водил по груди. И они взорвались громом оргазма сразу.

А-а-а-а-а-а – вопль 2-ух, достигших высшей точки блаженства раздался громом в покоях Диамуса и был слышен далековато за пределами дома.

-У-у-у-у-ф – орала Лукиния, поднимая повыше ноги, натягивая Диамуса на себя за ягодицы и работая ему в такт.

А-а-а-а-а – одичавшим зверьком орал Диамус с массивным заходом в Лукинию и заливая её бурным потоком спермы.

Минут 10 входили и выходили они друг в друга, и залив её ещё раз жидкостью любви, Диамус лёг на ковры для отдыха.

А Лукиния легла с ним рядом закинув ногу ему на ногу и стала нежно целовать его губки. Запах, исходящий от Лукинии был так великолепен, что Диамус задышал почаще, чтоб поболее вдохнуть его.

Лукиния перебежала от губ к шейке новоявленного хахаля, которую стала нежно обцеловывать. Потом она стала целовать плечи, потом спустившись поцелуями к соскам Диамусу, стала лаского кончиком языка облизывать соски. Нежная волна блаженства начала заполнять Диамуса. Его тело начало получать силу.

Лаская язычком соски, Лукиния спустила одну руку к члену и стала ублажать его своими нежными, поистине женскими, руками. Член ответил ей заполнением силой.

И Лукиния поцелуями по телу стала спускаться ниже, приближаясь к поднимающемуся стволу. Диамус учащенно задышал.

А Лукиния, заглотнув весь член к для себя в рот и с лицом полнейшего счастья от содержимого в её рту начала двигать член внутрь заглатывая глубже и выпускать его изо рта. Движения её сначала неторопливые участились с укреплением крепости хуя Диамуса.

И когда он стал равен по крепкости камню, она участила свои движения до несусветной частоты. Она работала и ощущала, как шквал безумия накрывает Диамуса. И вопль леопарда вырвался изо рта Диамуса, и он залил семенем рот Лукинии. Диамус бился в конвульсиях, а Лукиния сглотнув всю сперму, продолжала испытание силы члена Диамуса, обсасывая верх головки хуя. Делала она это умело, и не успев отступить от нахлынувшего только-только оргазма, Диамус снова был в боевой готовности и опять желал Лукинию. Немного обмякнув, член его вновь возвратился к крепости, разрушающей все преграды.

Лукиния привстала и села собственной плотью на жаждущего разрушителя. Энергично двигаясь пиздой по члену, руками она голубила грудь Диамуса, а он голубил её груди. И после трёх минут этих движений, они пришли к собственной цели сразу. И ещё раз их громкий глас подорвал тишину этого древнего дома до сего времени не слыхавшего голоса любви так звучно.

Когда они успокоились Лукиния легла рядом с Диамусом, который произнес:

-Я о для тебя вызнал только сейчас днем, а уже на данный момент в наступившей мгле ты владеешь мной и моим телом. Я такового не испытывал никогда в жизни. Как для тебя это удалось?

-Милый Диамус – ответила Лукиния – у нас с тобой впереди ещё ночь. И для тебя как умному мужчине не следует забивать свои мысли ненадобными размышлениями. Тем паче, что ты не испробовал моего коронного места.

-Какого?

-Налей нам вина в кубки и принеси в ложе наше. И малость отдохнув, я открою для тебя секрет – игриво ответила она ему.

От энтузиазма выяснить новое вялость у Диамуса ушла в небытьё. Он как парень вскочил на ноги и налив вина в кубки подал собственной любимой кубок. А собственный испил одномоментно без остатка.

-Какое коронное место-спросил он Лукинию.

Лукиния, отпив вина и оттягивая наслаждение, произнесла:

-День сменяет ночь, дождик сменяет ясная погода, а лоно фронтальное сменяет лоно заднее.

С этими словами, она отставила кубок в сторону, и подвинувшись к сидячему Диамусу, села нагой попочкой на его опавший член и стал радиальными движениями тереться, а руками притянув голову Диамуса стала целовать его губки со всей силой страсти, вновь охватившей её. При всем этом его член стал наполняться силою, как от поцелуев, так и от движения попочкой Лукинией.

Ответно целуя Лукинию, Диамус набрался первородной силой и его член стал подбен камню. А почувствовав эту силу Диамус хуем ворвался в жопу Лукинии и стал с большой силой ебать её, Как будто желая порвать её на части. Но ничего не было слаще для Лукинии, чем член, ходящей в её жопе. А Диамус насаживал и насаживал её, пока Лукиния не задрожав и выгнувшись как пантера звучно не вскрикнула, чем ещё посильнее возбудила Диамуса, который после её оргазма бешено натягивал женскую попку на собственный ствол. И казалось стук об её жопу перешёл в стук в его голове и через минутки две нечеловеческий крик подорвал весь дом. Двери еле выдержали удара звуковой волны большой мощи. И Диамус, излившись, не останавливаясь, продолжил долбить эту счастливую дыру.

И ещё минут 20 не мог он вынуть из жопы Лукинии собственный хуй и кончив за этот период времени дважды на 3-ий он свалился на ковры, а рядом с ним свалилась в такт кончившая Лукиния. И счастливейшая ухмылка и румянец на этом уже не девичьем лице гласили о высшем счастье, посетившем её.

Они лежали, обнявшись на облитом спермой и женскими выделениями ковре, и приятнее аромата для их в эти минутки не было.

Не знавший ранее счастья от дам Диамус и покорившее ни одно мужское сердечко Лукиния целовали друг дружку в губки в символ благодарности за эти чудесные мгновения. Позже они уснули и проспали до утра.

Проснувшись они немного повторили ночной урок, и договорившись повстречаться вечерком, Лукиния оделась и ушла.

Целую неделю ночами держала Лукиния Диамуса в счастливых мгновениях оргазма.

За эту неделю она столько нового раскрыла перед Диамусом, что он летал в облаках от счастья.

Каждое утро он одаривал Лукинию обеспеченными подарками и золотом.

А после недели на восьмую ночь после утех, Лукиния произнесла ему последующее:

-Я знаю, что нравлюсь для тебя, и ты не желал бы со мной расставаться. Но я дама умная и знаю, что скоро начну стареть с большой скоростью. Потому я желаю, чтоб ты меня помнил конкретно в счастье и в таком виде.

-Но я не желаю с тобой …расставаться и мне наплевать на твой возраст и твою старость. Ни с кем не был я так счастлив как с тобой. Останься.

-Нет, я не останусь, а ты выслушай меня. Я заменю себя на свою ученицу, которую выучила искусству любви. Она очень способная. То что другие осваивают за три года она освоила за полгода. Прошу тебя возьми её под своё покровительство. Одари золотом и подарками её семью. Она ещё девственница. И первым её мужиком будешь ты.

-Я не знаю, что ответить. Дай мне поразмыслить до утра. – ответил Диамус Лукинии.

С тем они и уснули на восьмую ночь. А наутро он отдал согласие. Хотя ему очень тяжело было расставаться с Лукинией.

А когда она ушла от него с дорогими подарками, то мужские слёзы потоком потекли по щекам Диамуса и длительно не прекращались.

Всё это было поведано Лукинией Сиании. И этот рассказ она на данный момент вспоминала лёжа с Риссом.

Отдохнём и мы дорогие мои читатели. Голосуйте, и мне будет ясно писать ли мне далее.

А возжелаете написать, то пишите [email protected]

И я с наслаждением отвечу на все ваши письма.

Ваш Зузу.